"Свинцовый  Дирижабль"  Рассказ о "Лед Зеппелин" надо бы начать с далекого 43 года, с затемненных военных лет и продуктовых  очередей по карточкам. Бухгалтер авиационного завода по имени Джеймс Пейдж женился тогда на  Патриции Гаффикен, секретарше в приемной у врача. 9 января 44 года в городе Хестон в графстве  Миддлсекс у них родился первый и единственный сын Джеймс Патрик Пейдж. После войны семья  переехала в городок Эпсом и там, в удобном семейном доме с садом, маленький Джимми рос и играл сам  по себе - до пяти лет приятелей он не помнит. "Это раннее одиночество, - сказал он впоследствии, - в  значительной степени определило мой характер. Многие боятся быть наедине, они пугаются этого, но  мне в одиночестве - хорошо и спокойно".

Когда Джимми Пейджу исполнилось 15 лет, на чердаке дома он нашел заброшенную семиструнную гитару  и, не зная что с ней делать, взял ее с собой в школу, где и получил первый урок музыки: одноклассник  показал ему - как эту гитару настраивают. Шел 59 год, в моде был Элвис Пресли, Чак Берри, и Джимми  хотел, как они, играть на гитаре. "От некоторых проигрышей, которые я слышал на пластинках" - вспоминает он - "у меня по  спине мурашки шли, и я часами, иногда целыми днями, пытался сыграть эти звуки". Вскоре Джимми завел  знакомство с другими энтузиастами. Одного из его новых приятелей звали Джефф Бек, сестра Джеффа  училась с Джимми в одном классе. Джефф, со своей самодельной гитарой, приезжал к Джимми по  выходным, и они часами играли вместе и слушали пластинки. Вскоре испанская гитара перестала  устраивать Джимми, воспроизводить своих кумиров - Чака Берри, Джеймса Бертона и других на ней было  невозможно. Джимми нужна была ЭЛЕКТРО гитара. Чтобы накопить на нее, он начал по утрам перед  школой разносить газеты и через несколько месяцев ему удалось отложить на гитару "Хоффман Сенатор". 

Гитара эта была неплохая, но полуакустическая, и хоть был на ней звукосниматель, считать ее настоящей  электрогитарой было нельзя. Надо сказать, что тогда первые инструменты стоили очень дорого, и  Джимми удалось убедить своего отца взять для него в кредит первую свою рок-н-ролльную доску,  английскую копию знаменитой гитары "Фендер Стратокастер". С гитарой этой он никогда не расставался и  носил ее с собой в школу. Каждое утро учителя отбирали ее у Джимми и запирали ее в шкаф до четырех  часов дня, потому что знали - не сделай они этого, Джимми с приятелями, забравшись в кладовку или  туалет будут целый день зачарованно слушать гитарный бой, переборы и хода. 

К 16 годам Джимми вовсю  уже играл в местных командах в родном Эпсоме и в Лондоне, богател опытом, крепчал уменьем.  Однажды - это было в 61 году, он играл на танцах, разогревая публику перед выступлением основного  оркестра. В зале оказался певец Нил Крисчен, который предложил Джимми работу в своем оркестре  "Neal Christian and the Crusaders". "Ему пришлось пойти разговаривать с моими родителями, - вспоминает  Джнмми, - соблюдая все правила приличия и этикета, заверяя родителей, что на школьных занятиях это  не отразится, поскольку игры, в основном, по выходным, и что за мной он будет приглядывать".

 В школе Джимми учился хорошо, и родители согласились. Оркестр "Крусейдерз" исполнял негритянский  рок-н-ролл в стиле Чака Берри и Бо Диддли, бескомпромиссно следуя чистоте стиля, и поскольку музыка  эта была в Англии еще малоизвестна, то провинциальной публике порой, условно говоря, не все было  понятно. Зато в Лондоне оркестр, и особенно Джимми Пейдж, блистали вовсю. К тому времени он  обзавелся огромной оранжевой гитарой "Гретч", модель "Чет Аткинс Кантри Джентльмен", у него был  новейший усилитель и оборудование, он был одним из первых гитаристов в Лондоне, применявшим  ножную педаль -квакушку, и, наконец, если средний рабочий получал тогда в среднем 10 фунтов в  неделю, то Джимми Пейдж, тогда еще старшеклассник, зарабатывал вдвое больше, 20 фунтов стерлингов. 

Ставка у него была чуть больше, чем жизнь. Оркестр "Крусейдерз" получал ангажементы по всему югу  Англии, выезжая на дальние выступления на своем мини-автобусе. Ехать порой приходилось по нескольку  часов, перекусывая, чем попало на ходу, с концертов возвращались далеко заполночь. На выступлениях  Джимми был главным зрелищем, он выделывал на сцене всякие кренделя, выгибался дутой так, что  голова почти касалась пола, короче, исполнял всю тогдашнюю рок-н-ролльную хореографию. 

Однажды,  на выступлении в Шеффилде, Джимми вышел прогуляться и потерял сознание, пришел в себя он в  гримуборной. Доктора определили крайнее переутомление, осложненное воспалением желез. Как ни  жаль было, но пришлось Джимми расстаться с оркестром, он покинул "Крусейдерз" и поступил в  художественное училище. 

Тем временем в Англии шла музыкальная революция. С одной стороны, вышли уже первые пластинки  Битлз, с другой - продолжающееся увлечение ритм-энд-блюзом породило на свет "Роллинг Стоунз".  Джимми Пейдж, естественно, следил за всем этим и занятий музыкой не бросал. В студенческой  самодеятельности он правда не участвовал, более того, даже скрывал, что играет на гитаре, а занимался  дома, преобразовав гостиную в родительском доме в студию звукозаписи - повсюду висели гитары, стояла  барабанная установка, громоздились магнитофоны и усилители. По воскресеньям приезжал Джефф Бек с  разными музыкантами, целыми днями снимали любимые соло, играли, записывались. Мама Джимми носила  ребятам чай. Летом, в каникулы, Джимми тянуло в путешествия, и взяв гитару с собой, он отправлялся  автостопом - в Скандинавию, в европейские страны, один раз доехал даже до Индии, но заболел и  вернулся домой. В художественном училище он проучился полтора года, до лета 63-го. Несмотря на  серьезное намерение стать художником, музыка перетянула, Джимми оставил палитру, кисти и снова  начал играть. 

По всей Англии возникали тогда десятки новых групп, Джимми поступало много предложений, но он  помнил - к чему это привело полтора года назад и по соображениям здоровья вынужден был отказывать.  На гастроли он ездить не мог, и как-то само собой вышло, что Джимми Пейдж приобщился к студийной  работе на записях. Спрос на новые пластинки английских групп был велик, но часто выяснялось, что  сами-то эти группы к студийным записям - в профессиональном отношении - не были готовы. Вот в таких  случаях и вызывали анонимных музыкальных наймитов. В 63 году в Лондоне был всего один студийный  электрогитарист по имени Биг Джимми Салливан. Джимми Пейдж, прозванный "Литтл Джимми", стал  Номером Два. 

Так получилось, что на самой первой сессии Джимми Пейджа была записана песня  "Diamonds", бывшего участника группы "Shadows", песня эта стала хитом, попала в список, после этого  Джимми пригласили на другую запись песни "Your Mama Is Out Of Town" и когда она тоже стала хитом,  тоже попала в список, то суеверный продюсер решил, что участие Джимми Пейджа в записях приносит  удачу. 

Теперь месяцы и годы звукоподражательства Джимми, когда он имитировал соло и проигрыши  любимых артистов, пришлись кстати - это не только технически подготовило его, но и дало возможность  воспроизводить любой стиль и направление. К 64-му году двадцатилетний Джимми Пейдж стал уже  самым известным студийным гитаристом Лондона. В течение последующих двух лет он превратился в  этакого музыкального хамелеона, способного подделаться под любой стиль и участвовавшего в сотнях  студийных записей, иногда по три-четыре раза в день. Как то в январе 65 года группа "The Who" пришла в  студию записывать свою первую сорокапятку. Там уже сидел Джимми Пейдж со своей гитарой, его вызвал  продюсер на тот случай, если гитарист из группы "The Who", Пит Таунзенд, не справится с записью. Но  Таунзенд справился, и Джимми на пластинке сыграл партию ритм-гитары. На второй стороне ему правда  дали соло, в котором он использовал тогдашнюю новинку, "Fuzz Box", т.е. "Фузз". (Фузз Джимми был  одним из первых в Лондоне, изготовлен он был приятелем в радиомастерских военно-морского  ведомства.) 

Итак, дни Джимми Пейдж проводил в разных лондонских студиях, зарабатывая немалые по тому времени  деньги, а вечерами возвращался в родительский дом в Эпсоме. Злые языки поговаривали, что он уже  тогда вполне мог позволить отдельную квартиру, но предпочитал денежки копить. На работе  приходилось играть всякое, в том числе много коммерческой дребедени, но уж вечером Джимми слушал  любимый блюз и играл только для себя. В 65 году одной из самых модных лондонских групп были  "Yardbirds", где тогда играл Эрик Клаптон. В марте 65 года менеджер "Ярдбердз", Джоржио Гомельский,  (сразу отвечаю на немой вопрос: русско-швейцарского происхождения) - настоял на том, чтобы группа записала песню молодого манчестерского музыканта Грэма Голдмана, впоследствии основателя группы  "10 СС". 

По своему Гомельский оказался прав, потому что песня стала популярной не только в Англии, но  и во всем мире, однако Эрик Клаптон, сторонник чистоты стиля, повел себя непримиримо, отказался записывать эту  песню и, в конце концов, из группы ушел. Джоржио Гомельский предложил его место  Джимми Пейджу. Джимми отказался по нескольким причинам, одна из них - он дорожил дружбой с  Клаптоном и не хотел с ним портить отношений, но он порекомендовал Гомельскому своего приятеля -  Джеффа Бека. Джефф Бек был принят, и в июне 65-го, перед отъездом на гастроли в США, он  постучался в дом Джимми Пейджа и преподнес ему редкий экземпляр гитары Фендер Телекастер. "Это  тебе", - сказал он. 

Тем временем Джимми все больше вовлекался в студийную работу и к тому времени изрядно поднаторел  в звукорежиссуре, поэтому когда Эндрью Олдэм, менеджер "Роллинг Стоунз", создал свою пластиночную  фирму "Immediate Records", он пригласил Джимми заведовать отделом артистов и репертуара и также  стать звукорежиссером новой компании. К тому времени Эрик Клаптон, решил заниматься чистым блюзом  и через некоторое время присоединился к группе "Джон Майал Блюзбрейкерз". 

Эндрью Олдэм, директор  новой пластиночной фирмы, попросил своего продюсера Джимми Пейджа записать несколько  композиций "Блюзбрейкерз", и вот однажды Джимми со своим другом Джеффом Беком приехали на  концерт "Блюзбрейкерз", чтобы послушать Эрика Клаптона. После концерта Эрик приехал в гости, остался  ночевать, поутру все встали и после завтрака включили гитары и стали наяривать блюз в разных стилях,  записывая все это на магнитофон. Вскоре оркестр Джона Майала записал со звукорежиссером Джимми  Пейджем четыре композиции, две из них были выпущены на пластинке фирмы "Immediate Records", но  когда "Блюзбрейкерз" вскоре подписали контракт с фирмой "Декка", то Эрик Клаптон, как сказочный  колобок ушел и от них.

Однажды Джимми упомянул своему директору Эндрью Олдэму о домашних  записях, сделанных с Эриком Клаптоном. "Домашние это записи или нет" - сказал ему Олдэм - "ты у меня  на контракте, и я требую, чтобы эти ленты были переданы фирме, мы их будем выпускать". - "Их нельзя  выпускать в таком виде" - сказал Джимми Пейдж - "это просто 45 минут импровизации, одно и то же, без  конца". Однако менеджер Эндрью Олдэм распорядился и прислал на дозапись ребят из "Роллинг Стоунз". 

Мик Джаггер записался на губной гармошке. Бил Уайман и Чарли Уоттс - соответственно на басу и  барабанах. Джимми Пейдж делал все как бы из лучших побуждений, но пластиночная фирма Олдэма,  желая срубить на этом деле как можно больше, скомпоновала разные ленты на нескольких альбомах и  выпустила их под названием "Антология Британского Блюза, Британские Архивы, том 1-4". Пластинки эти,  на беду, продавались потом в течение многих лет, и, естественно, Эрик Клаптон, Джефф Бек и другие  участники этих записей, страшно злились на Джимми Пейджа, считая что это он безо всякого разрешения  продал их репетиционные ленты. Особенно злился Клаптон - он не мог простить своему близкому другу  такой беспринципности и в течение нескольких лет с ним почти не разговаривал. Дружбе пришел конец  и доказывать свою невиновность было бесполезно. 

В конце 65 года Джимми записал свою первую собственную одиночную пластинку, записал ее сам, сам  играл на всех инструментах, за исключением ударных, сам был звукорежиссером, но пластинка успеха не  получила. 

В 66 году другой известный студийный гитарист - Биг Джим Салливан - уехал на гастроли с Томом  Джонсоном, и работы у Джимми от этого только прибавилось: чего только не приходилось ему делать -  музыкальные заставки для рекламы, фонограммы к фильмам, эстрадные, джазовые, народные оркестры.  На одной из записей в студии знакомый скрипач поинтересовался - не пытался ли Джимми когда-нибудь  играть на гитаре смычком. Джимми попробовал. Из последней, шестой струны удалось извлечь гнусавое  электрическое гуденье, первая тонкая струна издавала душераздирающий писк. У гитары, как известно,  гриф плоский, поэтому по отдельности смычком на ней можно играть только на двух крайних струнах, но  когда Джимми провел смычком по всем шести сразу, из усилителя раздались неслыханные ранее всхлипы  и стенания. Прием этот Джимми впоследствии доработал и неоднократно применял. 

К 66 году жизнь студийного музыканта Джимми Пейджу приелась - слишком уж много приходилось играть  так называемого "музона". "Я начал превращаться, - сказал он впоследствии в интервью, - в ненавистного  мне самому тип музыканта". Итак, Джимми Пейдж готов был сменить респектабельную студийную карьеру  на гастрольную жизнь на перекладных, не приносившую к тому же, как правило, половины того, что он  зарабатывал теперь. Но оставаться долее этаким музыкальным патефоном, при котором играешь только  то, что записано на чьей-то пластинке, было невозможно. 

И спасение от этого механического  музицирования пришло из той же группы "Ярдбердз". В свое время, если помните, после ухода Клаптона,  Джимми Пейджу предлагали там место соло-гитариста, но он, отказавшись, порекомендовал своего друга  Джеффа Века, и вот теперь, когда Джимми предложили играть в Ярдбердз и даже не на гитаре, а на  басу, он тут же согласился. Событие это, правда, разные люди вспоминают по-разному: по свидетельству  одних Джимми Пейдж так засиделся дома, что готов был играть на чем угодно, но Джефф Бек, который  настаивал на приеме Джимми в группу, вспоминает, что Джимми пришлось уговаривать, сулить ему  большие деньги. 
Надо сказать, что тогдашний менеджер "Ярдбердз", известный импресарио Саймон  Напир-Белл изо всех сил пытался отсоветовать ребятам из группы брать в нее "прожженного  профессионала". "Ты же гениальный гитарист, ты же звезда группы" - говорил он Джеффу Беку - "зачем  тебе нужно это соревнование?" Но Джефф Бек приглашал своего друга именно в расчете на музыкальное  соревнование - ему хотелось играть соло не в одиночку, а дуэтом, как состязание, как музыкальный  диалог двух гитар, двух людей, понимающих друг друга. Впоследствии так оно и получилось. 

Но тем  временем в группе зрело недовольство самим Джеффом Беком, жаловались что он - капризный,  тщеславный, мнительный, что он страдает от головных болей после несчастного случая в детстве, что  один день он может играть превосходно, а другой - ошибаться и вступать невпопад. Он часто болел или  прикидывался больным и не выходил на концерты. В частности, на одном из американских выступлений,  первых совместных гастролей, он заболел ангиной и на сцену не вышел. 

Ритм-гитарист Крис Дреджер  сольные партии играть не стал, тогда его решили перевести на бас, а Джимми попросили взять на себя  ведущую гитару. В прошлом, любая болезнь Джеффа Века означала кризис, публика его знала и любила, и  заменять его было рискованно, но Джимми Пейдж, конечно, справился с блеском. 

Все соло Джеффа  Века он знал наизусть и не просто сыграл их, но кое-что и добавил от себя, ошеломив аудиторию  невиданными и новыми приемами: он играл на гитаре смычком, извлекая из нее странные, океанские  размывы звука, которые, смешиваясь с психоделическим светом концертных установок вызывали у публики  чувственную дезориентацию, как от дозы ЛСД. Единодушное мнение к концу вечера было таковым, что  если Джефф Бек и покинул бы группу, то "Ярдбердз" могли бы продолжать работать и вчетвером, ничуть  не роняя своей репутации. Но Джефф вернулся, и, закончив летние американские гастроли, "Ярдбердз" в  полном составе вернулись домой - только теперь в группе было два соло-гитариста. 

Этот период  продолжался, к сожалению, недолго, еще к большему сожалению, почти никак не отражен в записях.    Один из немногих примеров - это композиция "Stroll On", записанная в конце 66 года, причем записанная  для фильма "Blow up" режиссера Антониони. Первоначально Антониони хотел пригласить группу "The  Who", но те по каким-то причинам не могли или не хотели, и роль эту, в конце концов, получила группа  "Ярдбердз". 

Те, кто побывал на выступлениях "Ярдбердз" с двумя соло гитарами, вспоминают, что  некоторые моменты были поистине волшебными. Но дни Джеффа Бека в группе были сочтены, он и сам  это понимал. В октябре 66 года, когда Ярдбердз отправилась в пятинедельные гастроли по Америке,  после трех дней непрерывных переездов и двух концертов каждый день, Джефф Бек не выдержал -  сдали нервы. 

Он повалил на сцену стенку усилителей, разбил гитару, сел на самолет и улетел в  Лос-Анджелос к своей подруге сердца. Через несколько дней в Лос-Анджелес приехала и вся группа,  Джефф Бек пришел извиняться, но на общем собрании три первоначальных участника "Ярдбердз"  отказались с ним играть и предложили покинуть группу. Джефф встал и спросил Джимми - ты идешь  со мной? Джимми посмотрел на него и сказал: "Нет, я остаюсь". Так настал конец еще одной тесной  дружбе. 

Первый пресс-релиз 
Год 1968-й.
ATLANTIC RECORDING CORPORATION  1841 Broadway. New York. New York 10023.  Для немедленного распространения 
Автор: Боб Ролонц. 
Atlantic Records предлагает свежую английскую группу Led Zeppelin в одном из крупнейших проектов города. 
Atlantic Records заключила контракт с новой английской группой Led Zeppelin на долгий срок и с эксклюзивным правом издания ее пластинок. Хотя точный срок контракта и держится в секрете, можно сказать, что на этот проект возлагается больше надежд, чем на любой из предыдущих. Соглашение было подписано между Джерри Уэкслером, исполнительным вице-президентом Atlantic Records, и менеджером группы Питером Грантом. 

Led Zeppelin состоит из четырех наиболее любопытных музыкантов, работающих сегодня в Британии. Это: 
Джимми Пейдж, лидер группы и лидер-гитарист; 
Джон Пол Джонс, пианист, органист, аранжировпщк; 
Джон Бонэм, барабаны; 
Робер Плант, лид-вокал и губная гармошка. 

Джимми Пейдж - это бывший член Yardbirds, группы, бывшей стартом карьеры еще двух великих музыкантов, Эрика Клэптона и Джеффа Бекка. Пейдж вступил в группу в 1966 году и играл до самого ее распада летом 1968 года. До присоединения к Yardbirds он был одним из самых занятых сессионных музыкантов Лондона.

Джон Пол Джонс считается не только одним из лучших аранжировщиков Англии, но и выдающимся бас-гитаристом. Ему принадлежат аранжировки "Mellow Yellow". "Sunshine Superman" и "Hurdy Gurdy Man" Донована и "She's A Rainbow" Роллинг Стоунз. 

Барабанщик Джон Бонэм стал сенсацией, играя свои соло в группе Тима Роуза во время ее британского турне в начале 1968 года. Вокалист Роберт Плант считается одним из самых выдающихся молодых блюзовых певцов, он занимается блюзом с 15 лет. Всем членам группы немногим более 20 лет. 
Шумиха вокруг Led Zeppelin еще больше усилилась, когда группа записала свой первый (и пока еще нигде не продававшийся) альбом, который всего месяц назад спродюсировал в Лондоне Джимми Пейдж. Лучшие английские и американские музыканты, которые слышали эти песни, сравнивают пластинку с самыми удачными работами Cream и Джимми Хендрикса и считают Led Zeppelin группой, которая заменить этих исполнителей в топах. Эту пластинку фирма Atlantic начнет продавать в начале января.  Led Zeppelin - это восьмая британская группа, с которой за последние 24 месяца заключен контракт у Atlantic. 
Кроме них, это Cream, Bee Gees, Julie Driscoll - Brian Auger ? The Trinity, The Crazy World Of Arthur Brown, The Marbles и Jimmy James ? Vagabonds. 

Роберт Энтони Плант. 
День рождения: 20 июля 1948. 
Место рождения: Западный Бромуич, Стаффордшир, Англия. 
Первый музыкальный опыт: получил шок от блюза в местном клубе, куда привез его отец.  Первые неприятности: родители отреклись от него за длинные волосы и любовь к музыке. 
Образование: сдал выпускные школьные экзамены за две недели. 
Независимость: Плант сбежал из дому в возрасте 16 лет и больше там никогда не появлялся. 
Первая группа: The Crawling Kingsnake (с Джоном Бонэмом). 
Вторая группа: Black Snake Moan. 
Третья группа: The Delta Blues Band. 
Четвертая группа: The Band Of Joy (снова с Бонэмом). 
Первый контракт на пластинку: с фирмой CBS, как соло-испонитель. 

Плант уже играл в группе с Джоном Бонэмом, когда к нему пришла слава хиппи, тусующегося со всеми группами Сан-Франциско. The Crawling Kingsnake не играли ничего, кроме блюза. После их распада Плант переиграл и перепел во множестве команд, пока не воссоединился с Бонэмом в The Band Of Joy. Которых, к сожалению, никто не слушал. Кроме Алексиса Корнера. За одну ночь до распада группы Корнер был поражен их фронтменом в одном из клубов, и когда Плант стал свободен, музыканты стали лучшими друзьями, а также партнерами по соул-проекту.  Плант и Корнер играли вместе около года, но Роберт не был закрыт для предложений от других групп. 

Он почти заключил контракт с фирмой, записывавшей Джо Кокера и Прокол Харум, но из этого ничего не вышло. Так же, как и из переговоров с менеджером группы Джефа Линна The Move Тони Секунда.  Итак, Плант продолжал жить впроголодь, играя блюзы с Алексисом Корнером и рассматривая бесчисленные приглашения на прослушивания. Джонс и Пейдж нашли его в группе Hobbstweedle. Они пригласили его на разговор за кулисы, а вскоре он привел к ним Бонэма. 

JONES
Настоящее имя: Джон Болдуин. 
День рождения: 3 января 1946. 
Место рождения: Сидкап, Кент, Англия.  Рос в Элтеме, Англия. 
Отец: джазовый пианист и аранжировщик. 
Мать: певица и танцовщица. 
Первый инструмент: пианино. 
Первое публичное выступление: играл на органе в церкви. 
Образование: Колледж Христа в Блэкхете, Англия. 
Первая группа: группа Харриса и Миэнa. 

После игры в джазовом дуэте со своим отцом и концертов на базах ВВС США басист Джон Пол Джонс впервые попробовал себя в рок-н-ролле в группе Харриса/Миэна. Джефф Харрис и Тони Миэн были бывшими членами The Shadows, которые в 1963 году создали вместе с Джимми Пейджем свой сингл № 1 "Diamonds". 

Джонс только что с грехом пополам окончил школу, где имел репутацию дерзкого и нервного подростка. Его прослушивание для группы впечатлило Джета и Тони, а Джонс вступил на дорогу рок-н-ролла, по которой два года шел вместе с дуэтом (до его окончательного распада).  Как и Пейдж, Джонс ринулся зарабатывать деньги и между 64 и 68 годами имел сессионную работу со всеми, от Лулу до Роллинг Стоунз и Донована. Он даже записал сольный сингл из двух инструменталок "A Foggy Day In Viet Nam"/ Baja", который так никто и не слышал. Позже к его занятиям добавилась работа продюсера. Одним из заметных событий стала запись "Sunshine Superman" Донована. Он попросил Джимми Пейджа и Yardbirds записаться на альбоме "Little Game". И в это время Джонси (как его называли друзья) состоял, кроме всего прочего, в браке, от которого у него было две дочери, и хотя он оставался неизвестным публике, Джонс был одной из ключевых фигур английского студийного бизнеса. 

Однажды вечером, во время записи "Hurdy Gurdy Man" Донована, где Пейдж играл, а Джонс был аранжировпщком, Пол сказал, что получил предложение о работе от Терри Рейда и его группы. Кроме того, Пол поделился слухами о том, что Пейдж собирает новую группу и хочет назвать ее "Новые Yardbirds" или как-то по-другому. Пол сказал, что этот проект был бы интересен ему как средство самовыражения.

Джон Генри Бонам. 
День рождения: 31 мая 1948. 
Место рождения: Реддич. Ворсестершир, Англия. 
Первый музыкальный опыт: бил по чашкам и сковородкам в трехлетнем возрасте.  Первые барабаны имел в возрасте 10 лет. 
Первая работа: строитель. 
Женился в 17 лет. 
Первая группа: Terry ? The Spiders. 
Первая неудача: владельцы клубов не хотели иметь с ним дел, считая его игру "агрессивной". 

Джон "Бонзо" Бонэм был рожден для барабанов. Это был громадный, громогласный, веселый бунтарь, который чувствовал бит, как будто он был у него в крови. Все знали, что Джону суждено стать барабанщиком. Но еще одна вещь, в которой ему не было равных, это выпивка. Музыка и кайф составляли его жизнь. И бесконечный кир в конце концов убил его. После работы с Робертом Плантом в группе Crawling Kingsnake он работал с Terry ? The Spiders, A Day Of life, The Nicky James Movement, Steve Brett ? The Mavericks, а потом, снова с Плантом, в группе The Band Of Joy. 

После The Band Of Joy, узнав, что такое безденежье, он присоединился к певцу Тиму Роузу, это был 1968год.  В турне с Роузом он настолько сильно поразил публику, что несколько раз получал предложения от Джо Кокера, который обещал ему гораздо больше денег. Но Бонзо всегда был заинтересован прежде всего в компании музыкантов, а потом уже в деньгах. Джон оставался с Роузом, пока Плант не предложил ему поиграть в другой группе. 

Однажды он въехал на своем Харлей-Дэвидсоне в вестибюль Лос-Анджелесского Хайатт-Хаус. В другой раз в клубе Rainbow он выпил подряд 20 порций "блэк рашн". 
Лос-Анджелес стал для него вроде "Диснейленда, который всегда с тобой". Он так сильно скучал по жене и детям, что вскоре откусил бы вам голову, чем ответил на ваше "как дела", окажись вы вместе с ним в баре. 

Однажды за кулисами шоу Билла Грэма, он избил в кровь трех парней из обслуги за то, что его возлюбленному отпрыску Джейсону отказали в бесплатном кофе.  Джон Бонэм, истерзанная душа, в конце концов в буквальном смысле слова смертельно напился однажды ночью в доме Джимми Пейджа 

Они явились миру в сумасшедшее и прекрасное время: бунтарский дух носился по всей Европе в  сопровождении громоподобного рока, заглядывал за океан и щекотал нервы обывателей студенческими  бунтами и посланиями хиппи… В наэлектризованном ожиданием новых баррикад и столкновений воздухе  возникали фигуры то "Битлз" с их звездным "Сержантом", то Эрика Клэптона, то Хендрикса, то Морисона,  то Джэффа Бэка, то, наконец, Джимми Пейджа. 

Теперь уже не важно, какую песню они сыграли первой; собравшись на репетицию зимой 1968 года.  Свершилось в тот день другoe, самое интересное: встрети-лись четыре человека, четыре бесспорные  личности, которые не подавляли друг друга… 

Каждому вменялось в обязанность энергично шевелить  мозгами и выдавать взрывоопасные идеи, творить, как только душа того пожелает.    Еще один кирпичик для здания будущей популярности свалился к ногам Пейджа и К° в виде менеджера  Питера Гранта. Этот человек уже прошел огонь, воду всех видов разлива и трубы бизнеса всех  калибров. Он со знанием дела определил путь музыкантов к успеху через США. 

Гитарные пассажи Пейджа, словно очнувшегося от летаргиче-ского сна, подслушанный у Роберта  Джонсона дуэт гитары и голоса, мощные барабаны Бонэма - сына плотника, изящные, готические клавиши  Джоунса - все это не могло оставить публику равнодушной. Популярность приходила к ним именно с  улицы, а не в результате искусственно создаваемой шумихи. Отношения же с прессой были (и оставались  всегда) более чем прохладными. Больше всего журналисты цеплялись к "Безумцу" - называли его  "самодовольным холеным гурманом", чуть позже обвиняли в "примитивном эротизме". 

"Еще одна группа,  которая занимается ерундой",- буркнули люди из журнала "Роллинг Стоун". Лишь критик "Мелоди Мейкер"  Тони Уилсон предрек им ошеломляющую викторию за океаном. 

В марте 1969 года "Цеппелины", потратив около 30 часов, "выстреливают" свой  первый диск. Этим сгустком всех возможностей белых людей, помешанных на блюзе и фольке, Пейдж с  друзьями обеспечили себе первую ступеньку лестницы в рай. Энергетически рывок был настолько силен,  что специалисты зачислили "цеппов" в разряд играющих "прогрессивный" рок, чем вызвали негативную  реакцию со стороны неугомонного Джимми. Слово "прогрессивный" ассоции-ровалось у него со словами  "рекламная шумиха". Он его ненави-дел. 

"Communication Breakdown" явился гимном разрыву всех связей со старшим поколением. Жесткая ритмическая основа "Breakdown" четко обозначила полную  эхом одиночества пропасть между взрослыми и их детьми. Но источник-то был один,  и вина или, наоборот, победа "цеппов" заключалась в придании этой музыке настоящего мужского  звучания, в синтезе утяжеленного блюза и акустического фольк-рока. 

Знающие люди отрицательно относятся к возможности белых певцов петь блюз, гордо подкрепляя свою  точку зрения словами Джона Мэйэлла: "Когда мы говорим о блюзе, мы имеем в виду черный блюз. Только  он является для нас настоящим"… Для пущей важности добавляется высказывание Лидбелли: "Еще ни один  белый не спел блюз". Возможно, то, что делал Плант, действительно плохо соотносилось с  "чистым", "экспрессивным" и "глубоким" черным блюзом. Но он все-таки вдохнул новую жизнь в старую  музыку, и блюз Роберта отличался своей не похожей ни на что выразительностью. 

Наверное, только  Плант и Джэнис Джоплин дошли до такой вершины блюзового отчаяния. 22 года спустя добраться до нее  попробует Ковердейл, неожиданно запев в манере "Безумца" времен первых "цеппелиновских" альбомов.  И хотя Плант вживую позволял себе не всегда точно петь, а Пейдж - не  совсем точно играть, молодежь от восторга (впервые в США и впервые в истории рока) колотилась  головами о сцену. 

Они сумели произвести "цепповскую" революцию в музыке, не прибегая к ошеломляющим  пиротехническим, звуковым или световым эффектам. Такого возбуждения от рок-действа, от мощи  инструментов и всепроникающего голоса певца не вызывала ни одна группа из разряда хипкумиров. 

Бурные события происходили и вне сцены. Музыканты не стеснялись "расширять горизонты познания" в  ходе ночных оргий с бросанием девиц (но совершеннолетних!) в бассейны, с морем разливанным виски и  вина, с потасовками и прочими сомнительными приключениями. Один "Бонзо" Бонэм держался с  достоинством, слыл добропорядочным семьянином, повода для развода супруге не давал… А если и  выпивал лишнее, то пальцы, как Пейдж, не ломал. Джимми, прекрасно зная механизм раскрутки  скандалов вокруг рок-звезд, называл такую жизнь "Голливудом", а по поводу легкой травмы на вопрос  журналиста отвечал так: "…А-а-а, вы насчет того, что я сломал палец, якобы зверски избивая подружку  или же хлопая кого-то по заднице до посинения?.. Довольно занятно, я бы сказал - очень забавная  мысль!" 

Несмотря на такое юмористическое отношение к слухам, "цеппам" постоянно сопутствовала  репутация одной из самых дебоширских групп, известной извращенностью своих музыкантов. "Смотря что  понимать под извращенностью, - все-таки склонность к философствованию выдавала в Пейдже бывшего  ученика художественного колледжа.- Мы всего лишь умеренные в своих аппетитах варвары"

Международное "цеппопомешательство" ширилось день ото дня, и многие начали привязывать группу к  понятию "тяжелый рок" (heavy). "Ей-богу,- пожимал плечами Пейдж,- я такого термина не знаю. Что  имеется в виду? Нечто очень плотное, заставляющее думать? Или же нечто очень громкое?" 

Купаясь в лучах славы, "цеппы" вырабатывают свою собственную политику: почти не выпускают синглов,  считая, что их музыка нуждается в целостном восприятии, выступают только на открытых площадках, без  разогревающих групп, работая по 3 с лишним часа. 

"Stairway to Heaven" с четвертого альбома ошеломила всех, кто умел слушать. Красивое акустическое вступление, спокойный голос Планта,  рассказывающего: "А вот леди, которая уверена - все, что блестит,- это золото, и она покупает лестницу  в небо…" 
Джон Пол Джоунс думал, что на замечательную мелодию, которую они с Пейджем так славно  аранжировали, Плант напишет пару незатейливых строчек. "Пара строчек" превратилась в захватывающую балладу с уходом в леса, полные колец дыма и голосов наблюдавших за нами невидимок… Там появлялся  флейтист. Как вы помните у "Пинк Флойд" тоже присутствовал подобный персонаж у врат зари. Что это, символ? или  просто человечек, играющий на камышовой дудочке. Он должен был вести нас к смыслу бытия, и новый  день должен был заняться для тех, кто выстоит. Эрудиты открыли в песне двойное дно - обращение  Планта к религии древних германцев, к воспеванию священных рощ. 

Американцы, изнывающие от чувства собственного благополучия, прокрутили альбом медленнее, чем  полагается, и услышали на "Stairway" сатанинские посылы. 
Дьявол все-таки был упомянут ими на альбоме "The Houses of tne Holy" (1973 г.),. 
"Они идут бок о бок со смертью, и дьявол гримасничает над каж-дым их  шагом… Они вы-бирают тот путь, по которому никто не идет. Они беспощадны и сами не просят пощады".   После года молчания в 1975 году они выпускают двойник "Physical Graffiti" на  своей собственной фирме, которая названа очень минорно - "Swansong" ("Лебединая песня"). 
Критика сдержанно похвалила музыкантов за альбом, указав на присутствие там "строгого вкуса". 

Пейдж говорит: "Когда мы затевали все  это, нас не покидало ощущение срочности воплощения идеи, словно внутри сидела какая-то  драматическая нота, рвущаяся наружу. А сейчас мы словно оправдываемся сами перед собой…" (из  интервью 1976 года).    История "цеппов" продолжалась. Изменились времена, панк и пост-панк грохотали и плевались повсюду,  рекомендуя в крепких выражениях "старикам динозаврам" добровольно уйти в отставку. Но, видно, в  организме музыкантов действительно оставалось много кельтской крови, не разбавленной алкоголем… 

Плант попадает в автомобильную катастрофу. На 6 месяцев они прерывают гастрольную  деятельность, но компенсируют издержки, записав в Мюнхене очень рафинированный, чистый по  звучанию, современный по композиции альбом "Presence". Увы, он оказался слишком, слишком  профессионально сработанным, возможно, слишком сложным для понимания масс, хотя я знаю мнения авторитетных людей околомузыкального мира, которые причисляют эту работу к финальному шедевру коллектива . 

Почти сразу вслед за этим альбомом появляется двойной "The Song Remains the Same" и устраивается  премьера фильма с таким же названием. Звучат старые хиты, кадры концертных выступлений чередуются  с показом "цеппов" на натуре - от всего действа веет каким-то странным средневековым холодком,  красота настораживает и в то же время притягивает. Не фильм, а огромное окно в костеле с витражами,  уводящими в другой мир. Дейв Марш из "Роллинг Стоун", настроенный саркастически, высказывается  далеко не лучшим образом: "Это дань их неуемному аппетиту и непониманию ситуации, а их восприятие  самих себя может вызывать лишь чувство глубокого сожаления"… 

Летом 1978 г. они всплывают в Швеции. В пору менять название на "Led Submarine", настолько компания  кажется непотопляемой. Играют концерты (реакция неоднозначна) и записывают альбом "In Through the  Out Door". Плант считает новую работу прекрасной: "На диске масса живого звучания, которое нам так  нравится". Некоторые оценили материал (в нем, как нигде раньше, чувствовалось присутствие Джона П.  Джоунса) "энергетическим возвращением мистически задремавшей группы"… 

Начало 1980 г. обещает "цеппам" много нового и интересного, в том числе очередной тур по Ев-ропе. Бонэм "выключается" на одном из концертов в результате нервного переутомления. А 25 сентября его находят  мертвым в доме Джимми. После крупного кутежа он умирает во сне, задохнувшись от собственной рвоты.   Гармония разрушилась. Без "Бонзо" Бонэма, звучание барабанов которого не мог испортить ни один  звукорежиссер на свете, продолжать борьбу было бессмысленно. "Убери барабаны Бонзо - и группа  станет совсем беспомощной" – говорил Плант. 

Реквием по умершему другу звучал в 1982 г. альбом "Кода", включивший в себя ранее не  реализованную музыку "цеппов". 
"Лэд Цеппелин" был и, наверное, остается до сих пор потрясающим по  своей ценности учебником,- признался Пейдж после работы над этим альбомом,- там просто пропасть  души и чувствуется такая глубина…" 

Все-таки еще два раза они вышли на сцену вместе - с Филом Коллинзом и Тони Томпсоном на барабанах  во время грандиозного "Live Aid", и с Бонэмом Младшим на праздновании 40-й годовщины фирмы  "Атлантик". 

Иногда Led Zeppelin приписывается братство с "Дип Пепл". Но "Пепл" - это  школа, это коридор, по которому долго и приятно идти. Ни шага влево, ни шага вправо. А "Лэд Цепп" -  лабиринт, по которому идти страшно, странно, но приятно. Выберешься? Не выберешься? И если  выберешься, то что там, в конце лабиринта?..    …А в конце наверняка сидит леди, которая до сих пор уверена: все, что блестит,- это золото, и она до  сих пор выторговывает для себя лестницу в небо… 

Другой аспект творчества группы – упорные слухи о увлечении и применении черной магии.
=Вот что писал Уильямс Берроуз о LZ   журнал "Crawdaddy" июль 1975 года 
"Шоу Led Zeppelin сильно зависит от мощности аппаратуры, от реверберации и звука барабанов. Оно похоже на марокканскую музыку транса, которая является магической по происхождению и цели; оно связано с пробуждением спиритуальных сил и контролем над ними. В Марокко музыканты - те же маги. Музыка Гнауа тоже используется для высвобождения сил зла. Музыка Джуджуки вызывает бога по имени Пан, бога паники, представляющего действительно магические силы, которые открывают подлинную суть вещей. Должно помнить, что происхождение всех видов искусства - музыки, живописи и словесности - мистическое и магическое; и что магия всегда приводит к определенному результату. 
Результат концертов Led Zeppelin видится, как создание особой энергетики у артистов и зрителей. Чтобы в подобном колдовстве достичь успеха, нужно найти источники магической энергии, а это может быть небезопасно." 

Мифология Led Zeppelin была бы неполной без историй об увлечении гитариста Джимми Пейджа оккультизмом. Был ли он просто очарован запретной темой, или у него действительно был сговор с каким-то темным демоном, который наложил проклятье на груплу? Люди до сих пор размышляют над этим. Конечно нам не суждено узнать ответ, потому что Пейдж его никогда не даст. Приведу просто факты, которые известны общественности. 

Пейдж всегда интересовался джентльменом по имени Алистер Кроули. Родившийся в 1875 году Кроули был поэтом и альпинистом, увлекавшимся экзотикой. Его гости, духами они были или пребывали во плоти, завели его в самые темные углы человеческих паталогий. Он провел почти год в Мексике, пытаясь избавиться от своего отражения в зеркале. Он был чем-то вроде ведьмы, он выбрал образ жизни развратника и принимал все, что проклинало общество. Он не скрывал своей страсти к наркотикам. 

Его жизнь с несколькими женщинами одновременно постоянно была причиной скандалов. Написанные им книги считались порнографическими и опасными. Безумие его сексуальной практики постоянно прогрессировало. 

Он был главой английской сатанинской церкви, прихожанами которой были весьма уважаемые люди. Он попал в заголовки газет, когда одна из его женщин погибла при мистических обстоятельствах. Его называли "самым безнравственным человеком в мире". Алистер Кроули умер в 1947 году от астмы, бронхиальных инфекций и безнадежного пристрастия к героину. 

Джимми Пейдж был околдован им. В 1970 году он даже купил особняк Кроули. Говорили, что в доме водились привидения многих убитых там людей. Пейдж владел коллекцией вещей Кроули и даже открыл книжную лавку "Равноденствие", названную по заглавию одной из рукописей мага, и продавал там его древние манускрипты. Так как же далеко зашел Пейдж в сверхъестественных увлечениях? 

"Он был по-настоящему помешан на всем этом." - говорит Памела Дес Баррес в книге "Молот Богов" Стивена Дэвиса. - "Я верю, что он был в очень тесных сношениях с черной магией, возможно, он даже принимал участие во многих ритуалах, связанных со свечами, кровью летучих мышей и всем остальным." 

Говорят, что Джимми Пейдж подписал договор с дьяволом, после чего группа должна была обязательно стать знаменитой. И действительно, взлет Led Zeppelin был потрясающе быстрым. И после десяти лет пребывания в звездном статусе прогремел дьявольский зов. Землевладелец, продавший Пейджу поместье, покончил с собой, а еще одно высокопоставленное лицо, имевшее отношение к продаже дома, закончило дни в психушке. 

Потом монархия Led Zeppelin медленно рухнула. За кулисами их шоу воцарялось насилие. Слухи о пиратском "Черном Альбоме" были все настойчивее, он, говорила молва, был вдохновлен посланниками Смерти. В одном из домов Пейджа был найден мертвый подросток. Роберт Плант едва не погиб вместе с семьей в автокатастрофе и был вынужден несколько месяцев пользоваться костылями, а у его жены обнаружился перелом костей черепа и таза. Сообщалось, что дочь Пейджа, путешествовавшая вместе с Плантами, чудесным образом осталась невредимой. Одна из вилл Пейджа во время оползня сползла в Тихий Океан. Сын Планта, Карак, умер от воспаления легких. А потом умер барабанщик Джон Бонэм. 
Были ли все эти беды связаны с rкакими-то потусторонними силами, действительно ли музыканты кроме музыки несли с собой что-то еще? Кто знает… 

=J. Mascis, Dinosaur Jr. 
Бонэм - это стиль рок-н-рола, что еще можно сказать! Когда я начинал играть на барабанах, он повлиял на меня больше всего. У него звук, стиль, он по-настоящему колотит. После того, как я увидел "The Song Remains The Same", мой идеал рухнул. Но был ли "звук Бонэма" студийными чудесами? Я продолжал слушать и однажды нашел его старые видео, где он играл так, как звучал, колотил, как маньяк. Моя вера в идола возродилась. 
И по сей день вы можете найти у 15 американских групп песни о том, как кто-то карабкается по скалам, чтобы потом сразиться с драконом, то есть о вещах, которые Плант взял из староанглийского и кельтского эпоса. Удивительно, что будучи яркими индивидуальностями, Led Zeppelin сами подвергались различным влияниям. 

=Ian Astbury, The Cult 
Я никогда не интересовался хэви-метал и прочим, но в Led Zeppelin, в отличие от всех этих групп, действительно что-то было.  The Edge, U-2  Когда я впервые услышал по радио "Whole Lotta Love", она произвела на меня такое сильное впечатление, что я бросился вон из дому - покупать сингл, это был первый в моей жизни сингл, который я купил.  Aldo Nova, Black Eyed Susan.  "The Song Remains The Same" изменил всю мою жизнь. Роберт Плант повлиял на мое пение. О Zeppelin нельзя сказать ничего, что не было бы уже сказано. Это четыре величайших индивидуальности рока. У Планта был величайший голос. Хотя эту музыку и расценивали, как хэви-метал, в ней было что-то вечное. То есть, у них было много песен, которые нельзя отнести к хэви-метал. Они утверждали, что рок-н-рольная группа не обязательно должна быть тяжелой. Что рок-н-ролл не имеет стилевых рамок. Мы имели честь играть на сцене с Джимми Пейджем в Рино, Невада. У меня челюсть нижняя отвалилась! Это был один из лучших наших вечеров. Больше всех альбомов в мире я люблю "Houses Of The Holy". Я на седьмом небе, когда его слушаю! Я перемещаюсь в те времена, когда я ушел из дому и имел своих первых курочек; о, вот это были деньки! 

=Bret Michaels, Poison. 
Zep сделали историю рок-н-рола. В музыкальном отношении? Да, в основном, это получилось неплохо. Во всем остальном, в основном, дерьмово. 

=Ted Nugent, Damn Yankees
Первый LP - классика. В нем столько искренности. И он настолько бескомпромиссный и берущий за душу, что все остальные рядом кажутся просто карликами. Душа и класс - заслуга Бонэма и Джонса, экстраординарной ритм-секции; искренность была уделом позера Планта. А напор шел от шедевральных идей Пейджа. Впервые я имел дело с JP в 1967 году в последнем турне Yardbirds. Эта и последующие встречи подтвердили мою уверенность в том, что это был хиппарь самого низкого пошиба. И хотя сегодня, когда те слюнявые дни остались в далеком прошлом, я по-прежнему преклоняю колени перед созданной случайно "Whole Lotta Love", к Пейджу как к человеку я имею нулевое уважение. Это кого-то волнует? Нет.  В конечном счете, его глупость дала мне ценные уроки. Спасибо тебе за это, Джим. И утрись. 

NO COMMENTS 
Но если вы ждете… что я начну клевать Kingdom Come, то все, что я могу сказать, это то, что, по словам гитариста, ом никогда не слышал, как я играю, и поверьте мне, совсем не обязательно каждый гитарист в Америке должен был слушать Led Zeppelin. 
Джимми Пейдж, 1988 

Странности Элиса Купера действительно могут стать причиной подросткового насилия. Среди этих подростков - моя сестра, которой 14 лет. Когда что-то подобное слишком пропагандируют, я не думаю, что это доведет до добра.  Роберт Плант  Когда вы гений, шесть месяцев проходит очень быстро. 
Роберт Плант 

Я мог бы сравнить себя с кораблем, который пробирается сквозь бури, делая короткие остановки в портах. Однажды я сказал одному из своих друзей: "Я просто ищу ангела со сломанным крылом - того, который не смог улететь отсюда". 
Джимми Пейдж, 70-е годы 

Я пытаюсь фотосинтезировать, как растения. Я голодаю. И хотя я смешиваю много банановых дайкири в моей комнате, я не забываю всыпать в них витамины в порошках. В этом турне со мной тусуются несколько чуваков из Афганистана, вот, почему мои гостиничные номера похожи на мечеть. 
Джимми Пейдж, 70-е годы 

Я по-прежнему боюсь летать. Чтобы сесть на самолет, мне действительно сначала нужно выпить. Я обнаружил, что у меня развились неведомые раньше страхи, боязнь высоты, клаустрофобия. Но это только в городах. В сельской местности я чувствую себя нормально. 
Джимми Пейдж, 70-е годы 

Я помешан - не просто интересуюсь, а помешан - на народной музыке, на уличной музыке, на параллелях между той музыкой, что играют в деревнях на улицах, и так называемой классической и интеллектуальной музыкой. Меня интересует, как одни и те же идеи путешествуют по Земному шару. Все это этническое и музыкальное взаимипроникновеиие покорило меня. Вы слышали когда-нибудь музыку транса? Вот это вещь.
Джимми Пейдж, 70-е годы 

Главное не то, что мы лучшая группа в мире, в наших голосах столько новых идей, что я не представляю, как мы могли бы быть вторыми. 
Роберт Плант, 70-е годы. 

Вы знаете, мой маленький сын недавно начал ходить, но я не видел, как он сделал первый шаг. Вот недостаток жизни в турне: ты пропускаешь такие фантастические мгновения жизни. 
Роберт Плант, 70-е годы. 

Когда я писал в 1971 году текст "Stairway To Heaven", я думал, что делаю что-то вечное и великое, но 17 лет спустя… не знаю. Я пел её на 40-летии Atlantic Records, чтобы таким образом поблагодарить фирму, с которой так долго сотрудничал. Но лично для меня больше никаких "Stairway To Heaven"!.. 
Роберт Плант 

Весь этот успех и слава… что может быть хуже! 
Роберт Плант, 70-е годы. 

Из всех существовавших когда-либо групп, моя была одной из лучших, но всему свое время. Эти вскрики, Га-Га, эти позы в конце концов надоели - это были клише. Это были МОИ клише, но пришло время избавляться от них. 
Роберт Плант, 70-е годы. 

У нас была репутация сексуальных вандалов, а на самом деле, в гостиницах, когда пора было спать, мы не искали ничего, кроме хорошей книжки на ночь. 
Роберт Плант, 70-е годы. 

"Stairway To Heaven" - хорошая английская песня, но она не является определяющей для Led Zeppelin. Такой песней был "Kashmir". 
Роберт Плант, 70-е годы. 

" Я расцениваю Алистера Кроули как непонятого гения 20 столетия.  Как мне было тяжело давать все эти интервью и отвечать на вопросы о черной магии и об Алистере Кроули. Дайте мне отдохнуть! Все это была такая глупость! Мне больше нравится говорить о музыке, это интереснее…" 
Джимми Пейдж, Sounds, 13/3/78 

Конец 90-ых и грустные мысли Роберта Планта:
"К сожалению, жизнь состоит не из одних только праздников, в ней всегда находится место для всяких  разных гадостей, и, чем более человек независим от обстоятельств и других людей, чем активнее он  пытается брать собственную судьбу в свои рухи, тем чаще люди и обстоятельства подбрасывают ему эти  самые гадости, но бытовые и рутинные проблемы - не самые страшные: летит ко всем чертям уже сто раз  утвержденный контракт - первый раз, что ли! Фирма грамзаписи требует вернуть аванс за новую  пластинку, который она позабыла выплатить, но на бумаге все выглядит так, как будто заплатила, - это не  проблема, хоть даже все деньги уже пристроены лучше некуда. То есть прогуляны с интересными  людьми. Обещают одно, получаешь совсем другое, намного хуже, чем то, что обещали, - не привыкать! В  общем, все это сугубо профессиональные проблемы-гадости, на которые и внимание обращать не стоит:  они были, есть и всегда будут преследовать нашего брата. 

Как я уже говорил, беды обрушиваются в первую очередь на тех, кто всю свою жизнь построил таким  образом, чтобы исключить из нее элемент случайности. Вы сильны, молоды, финансово не просто  независимы, а можете не думать даже о финансовом положении своих внуков, вы полны сил и энергии,  весь мир лежит у ваших ног, - но в нелепой автокатастрофе погибает ваш сын, - как это произошло с моим  сыном, - и вы уже не человек, а жалкая развалина, расплющенная ужасной действительностью и добитая  ее верным оруженосцем - случайностью. Был ли в моей жизни хотя бы косвенный намек на трагедию? Не  знаю, не уверен, - даже если и так, я его не заметил. Или не хотел замечать. Вряд ли кто-то усомнится,  что, знай я о том, как сложится жизнь, не раздумывая, отдал бы жизнь за сына, но меня никто не  спрашивал… 

Предполагал ли пятнадцатилетний Эрик Клэптон, что через десять лет станет самым известным в мире  наркоманом, а после, как и я, лишится сына? Догадывался ли Моцарт XX века, мой кумир, гениальный сэр  Пол Маккартни, что однажды потеряет самое дорогое ему существо - жену, леди Линду? За  своевременное знание судьбы, дуаю, сэр Эрик отдал бы свою "медленную руку", а сэр Пол избрал бы  профессию бармена, и черт с ней, с музыкой! В глубине души каждый из нас догадывается, что путь наш  устлан не одними только розами, но пить до дна чашу страданий приходится именно тогда, когда ты  меньше всего к этому готов. А испив ее и прикоснувшись к неземному ужасу, мы никогда уже не будем  прежними - мы становимся другими людьми, но в отличие от так называемых простых людей, которые,  переживая личное горе, могут закрыться в четырех стенах, мы обязаны объясняться по поводу постигших  нас несчастий. Такая вот работа. 

Нет более горькой участи, чем судьба преуспевающего рок-музыканта: не один мой коллега, добившийся  более или менее заметного успеха, растерял на пути к славе здоровье, нервы, самых дорогих и самых  важных в его жизни людей. А это значит, что все мы в конце дороги оказались совсем не теми, кто с  радостным предчувствием чуда затворил за собой дверь отчего дома. Настолько другими приходим мы к  мечте, что реализация ее не доставляет никакой радости. Быть знаменитым и немного богатым - то же  мне, праздник сердца! Врагу не пожелаю такой судьбы… Да, музыка - наша жизнь, но кто-нибудь  интересовался, что это за жизнь такая? Каждый раз, исполняя "Лестницу в небо", я, в отличие от моих  слушателей, вспоминаю не прекрасные семидесятые, а своего мальчишку, которого мне так не хватает.  Любой мой альбом, любая песня Led Zeppelin связаны, как правило, с чем-то очень личным, и далеко не  всегда это личное хочется вспоминать. Но приходится. Как приходится приветливо улыбаться в камеры,  соглашаться на интервью и делать вид, что счастливее тебя никого нет. Такая вот работа. 

И вот однажды наступает момент, когда ты понимаешь всю бесполезность борьбы с обстоятельствами и  решаешь: все, точка, завязываю! Но сказать это очень просто, а сделать, как выясняется, практически  невозможно. Те, кто прошли дорогой Большого Рока, сегодня пересекают рубеж пятидесяти лет, - те,  кому пока нет тридцати, только-только обрели второе дыхание. Но и те и другие отлично понимают, что  умеют лишь петь, играть и писать музыку. Некоторые из нас умеют это делать хорошо. К сожалению,  ничего другого мы не умеем. И потому остановиться невозможно - даже если тебе пятьдесят, или, как  сэру Полу, почти шестьдесят. Не от хорошей жизни Оззи Осборн раз в три-четыре года заявляет, что  уходит из Большой Музыки и посвящает себя Большому Виски, не от хорошей жизни на пике популярности  распадаются величайшие группы, не от хорошей жизни музыканты делают себе смертельную инъекцию и  пускают пулю в лоб. Знайте: если вы пришли на концерт человека, который популярен вот уже двадцать  лет, вы пришли на концерт потенциального покойника. И даже если он жив, это не значит, что он давно  не умер, - душа его мертва. Но он на сцене. Такая вот работа". 

я с вами прощаюсь Вы слушали программу BIG BEN ROCK. Ваши отзывы и пожелания мы ждем по адресу:
113326 Москва улица Пятницкая 25 открытое радио. 
С вами был Сергей Озон. Спасибо. До свидания.

в начало